Получите возможность задавать вопросы нашим экспертам, участвовать в розыгрышах туров и просто стать частью крупнейшего русскоязычного туристического сообщества!
Владимир Путин подписал указ о приёме в гражданство Российской Федерации Жерара Депардье.
Полный текст Указа «О приёме в гражданство Российской Федерации»:
В соответствии с пунктом «а» статьи 89 Конституции Российской Федерации удовлетворить заявление о приёме в гражданство Российской Федерации Депардье Жерара Ксавие, родившегося в 1948 году во Франции.
3 января 2013 года, 12:00 http://news.kremlin.ru/news/17275
Данное сообщение появилось сегодня на сайте Президента России.
М-да. А я думала, что они шутят.
Ярик Грунин :
Серёг, хлеб дорожает, а как его хранить? Я мешками с гречкой и сахаром чулан забил. В комнатах банки с огурцами, а хлеб-то куда? Да и черствеет, зараза))
Судя по твоему отношению к политике партии и правительства, могу посоветовать сухари сушить.
Sergio1512 : От ведь, сцуко!
В наше голодное время на 60 тыщ нажрать!
И ведь главное - как грамотно нажрать: упаковки понадкусывал, "развакуумил" (классное слово, записала себе, буду употреблять к месту и без него) Сдается мне, что еще и самые дорогие упаковки развакуумивал, под чутким контролем - "ты туда не ходи, ты сюда ходи")) Неистребима фантазия русского человека, когда надо чего-то стырить
Sergio1512 : От ведь, сцуко!
В наше голодное время на 60 тыщ нажрать!
И ведь главное - как грамотно нажрать: упаковки понадкусывал, "развакуумил" (классное слово, записала себе, буду употреблять к месту и без него) Сдается мне, что еще и самые дорогие упаковки развакуумивал, под чутким контролем - "ты туда не ходи, ты сюда ходи")) Неистребима фантазия русского человека, когда надо чего-то стырить
На самом деле, хозяйка ларька щас быстро мотанет в цех и через полчаса заберет деликатесы опосля перевакуума.
Неистребима фантазия русского человека, когда надо чего-то стырить
Причём операция была продумана до мелочей. Кот был выбран именно бездомный. Нет хозяина - нет дела
Ждём от депутатов законотворческой инициативы о привлечении бездомных котов к уголовной ответственности за пожирание морепродуктов в особо крупных размерах
Миа, Джон и тайна рецепта палачинок
(написано на пеньке возле соргового поля, укрытого снегом)
Кто-то так подвесил во Вселенной Землю, наклонил ее ось, задал скорость движения в пространстве, определил длину ее орбиты, что на Земле с самого начала сотворения мира день сменяет ночь, а после лета наступает зима.
Мир планеты наполнен разнообразием форм жизни. Каждая из этих жизней имеет свой собственный мир. Мир, который в сочетании различных систем движется вперед из прошлого в будущее. У кого-то этот мир бесконечно большой. У кого-то ничтожно малый.
Не существует измерительных приборов для определения параметров внутреннего мира человека. Да и не нужен такой прибор.
Каждый сам в состоянии осознавать свои мыслительные процессы, которые согласовываются с иными мирами. Не вступают с ними в конфликт и не подвергаются внутренним резонансным колебаниям. Но это происходит только тогда, когда внутренний мир не покидает пределов способности разбираться в самом себе и понимать мир того, кто рядом. Иначе внутренний мир может погрузиться в хаос. И законы местоположения Земли в пространстве, и принципы ее движения никак не могут влиять на процесс понимания самого себя.
Но самое сложное во всем этом – всегда находиться именно в той точке Вселенной, к которой тяготеет внутренний мир. Это не обязательно какая-то одна точка. Их может быть бесконечное множество. Главное - научиться правильно определять их координаты. Чтобы не ошибиться в маршруте и всегда приходить туда, где даже в полной темноте можно различать краски и даже самой холодной зимой ощущать тепло.
И тогда всего лишь маленькая точка пространства может стать даже больше, чем целая Вселенная. Не по размерам. По ощущениям.
Ощущениям того, что человек не одинок.
***
В очередной раз Земля заняла такое положение в пространстве, которое подразумевает наступление зимы.
По белому пушистому снегу со стороны леса к палатке приближалась фигура огромного Кота. Кот шел на задних лапах, а в передних тащил какой-то чемоданчик.
Хаски, спящий у входа в палатку, приоткрыл один глаз, посмотрел в сторону приближающегося Кота и снова его закрыл. Он уже успел привыкнуть к визитам странного гостя.
Джон пек на раскаленной сковородке палачинки. Миа сидела рядом и, подперев голову руками, смотрела на творческий процесс, в котором из нехитрых ингредиентов получались очень вкусные палачинки. Самые вкусные в мире.
Несмотря на мороз, палатке было тепло. Примус шумел умиротворяющим шепотом. Дырка в крыше палатки была предусмотрительно закрыта от внешнего холода пучком сорго, который остался после вязания веников.
В этом году сорго почему-то поспел зимой. Это было явно удивительным и противоречащим законам природы а так же правилам выращивания колосовых культур. Но Миа давно уже не удивлялась таким вещам, потому что в ее жизни было столько всего более удивительного, что зеленые побеги, пробивающиеся сквозь толщу снега, совсем не казались ей чем-то необыкновенным.
- Тук-тук, есть кто дома? Хотя, зачем я спрашиваю, сам чую. У меня, конечно, не такой острый нюх, как у вашей собаки, но запах палачинок чувствуется за пару километров отсюда, - Кот вытер лапы о сорговый коврик и заглянул в палатку.
- Заходи, ты вовремя, - Джон приветственно кивнул Коту.
- Я вовремя, не потому что голодный, а по причине наступления зимы. Пришло время проводить сезонное техническое обслуживание вашему примусу, - Кот поставил свой чемоданчик на пол.
- Одно другому не мешает. И примус проверишь, и палачинок поешь, - Миа улыбнулась гостю.
Справедливости ради, следует отметить, что девушка немного недолюбливала этого Кота. Он казался ей проходимцем и авантюристом. Но все-таки больше проходимцем. Ее собственная склонность к поиску приключений очень даже могла посоревноваться с авантюризмом Кота. И еще ей казалось, что Кот постоянно что-то недоговаривает. Но Джон дружил с Котом, и поэтому Миа относилась к нему благосклонно.
Ужинать решили на улице. Развели костер, чтобы не замерзнуть. Пространство вокруг костра заполнили свежесплетенными вениками. Для удобства.
Кот с аппетитом уплетал палачинки, запивая их теплым молоком, и параллельно рассказывал о новостях, которыми жил остальной мир.
Земля неспешно продолжала свое вращение, и вслед за утонувшим в море солнцем, на небе появилась россыпь звезд. И еще луна. Холодная далекая луна, которая уже привыкла каждую ночь заглядывать в дырку на крыше. Заглядывать в тот период прохождения Землей отрезка орбиты, когда дырка не была закрыта пучком сорго. Когда было тепло.
Ночь полностью накрыла пространство острова, и Миа отправилась укладывать спать Минипига, Мышку и Хаски, а Джон и Кот остались сидеть у костра.
Кот что-то продолжал рассказывать. Джон его внимательно слушал, палкой шевелил угли в костре и иногда поднимал голову в сторону звезд.
Его взгляд напоминал взгляд человека, который стоит на перроне вокзала и выглядывает, не идет ли поезд.
Миа не прислушивалась к их разговорам. Только обрывки фраз долетали до нее со стороны костра.
- Ты стал чаще смотреть в сторону звезд. Что, уже скоро? – спросил Кот в перерыве между рассказами о новостях.
- Да, уже скоро, - Джон посмотрел в глаза Коту, вздохнул и снова машинально поднял голову к небу.
- Зря ты тогда на Ямайке подарил Миа тельняшку и жемчужину. Видишь, как теперь все не просто.
- Я уже не раз думал об этом. Но мне кажется… Нет, я уверен, что, если бы Миа все знала наперед, она бы все равно в тот вечер осталась бы со мной на острове. На год, на месяц, на неделю, и даже на час. Она говорит, что даже одно мгновение может быть гораздо большим, чем целая вечность.
- Понятно. Ну что же, возможно, жить прошлым мгновением счастья иногда легче, чем смотреть в темноту будущего. Пойду я,- Кот поднялся с кучи веников, которые служили ему стулом, и посмотрел в сторону леса, - в моем лесу всегда темно. Даже тогда, когда на небе миллионы звезд. Темно, потому что я живу в одиночестве. Не могу найти среди бесконечного множества звезд ту единственную, которая может не только светить, но и согревать.
- Ты заходи к Миа в гости иногда. Потом. Когда узнаешь об изменении координат точки в пространстве.
***
Тарелка из-под палачинок упала на пол. Миа выронила ее из рук. Она все поняла. Джон и раньше казался ей очень непростым человеком. Необычным. Как будто он пришел в этот мир издалека. Из другой Галактики. А теперь ей стало все понятно. Пазл сложился.
Колючий комок застрял в горле. Было очень тяжело дышать. Несколько минут девушка смотрела в одну точку. На старенький примус, который, как ни в чем не бывало, продолжал согревать палатку своим теплом.
- Джон, а твоя планета красивая? - Миа вышла из палатки и посмотрела прямо в глаза Джону.
- Красивая. Только очень холодная.
- Почему ты мне раньше не говорил, откуда ты. Хотя… я понимаю, почему…, - девушка на минуту замолчала, - Ты скоро улетаешь?
- Уже скоро… Совсем скоро, - Джон подошел к Миа и крепко ее обнял.
Никто точно не знает, сколько они так простояли. Без слов. Слова совсем были не нужны. Только Миа на несколько секунд нарушила тишину ночи. Она попросила Джона научить ее печь палачинки.
Хаски, Мышка и Минипиг давно спали в новой будке, простроенной из стеблей сорго. Крепко спали, свернувшись в один клубок.
Спали без забот и противоречий своих внутренних миров.
***
В это утро Миа разбудил звук капель. Наступила весна. Иначе и быть не могло, потому что Земля никогда не нарушала законов своего движения.
Миа вышла из палатки. Непроизвольно глянула в сторону берега. В сторону того самого места.
В ту ночь, когда они, обнявшись, стояли с Джоном возле догорающего костра, она первая увидела приближающуюся звезду. Звезда перемещалась в пространстве. Становилась все больше и ярче, пока не превратилась в одно большое свечение, которое приземлилось на берегу.
На их с Джоном берегу. Она не могла разобрать очертаний свечения. Слезы мешали. Запомнила только то, что свет был совсем холодным и чужим.
А потом наступила темнота. И пустота. И полное незнание координат Вселенной, где находится та точка, куда стремился ее внутренний мир.
Ноги сами принесли ее на то место, где еще мгновение назад Джон растворился в чужом свете далекой звезды.
Пустынный берег. Свинцовая вода моря. Но что это на песке? Миа увидела какие-то странные иероглифы. На непонятном языке чужой планеты. Волны прибоя все ближе подбирались к песочному посланию.
Миа сбегала в палатку. Взяла карандаш и лист бумаги и вернулась на берег. Она аккуратно перенесла на бумагу все значки и иероглифы. Когда она закончила, очередная волна прокатилась по песку и все – нет больше ничего. На душе опять стало очень пусто.
***
Снег кое-где уже растаял. На опушке появились первые подснежники. Миа всегда удивлялась тому, как эти совсем хрупкие цветы могут пробиваться сквозь снег своими тоненькими стебельками. И они совсем не мерзнут. Значит, что-то их согревает. Но только что? Или кто?
Джон так и не успел научить ее печь палачинки. Те самые палачинки, которые были вкуснее всего в ее жизни.
Может быть, попробовать самой испечь? Сковородка есть. Продукты тоже. Вот только рецепт не знаю.
Миа достала сковородку. В ней почему-то лежал какой-то лист бумаги. Что это? Миа взяла его в руки. Иероглифы. Слова, перенесенные с песка. У Миа непроизвольно зашевелились губы. Она понимала смысл иероглифов. Это же рецепт палачинок.
***
Кот сложил в чемодан нехитрый инструмент. Схожу проведаю Миа. Примус нужно проверить. Весна уже. Сезонное техническое обслуживание. Может быть, еще чем-то помогу. Дрова принести. Грядки вскопать. Девушка одна, ей помогать нужно.
- Шота я не пойму, это у меня нюхательные галлюцинации, или действительно пахнет палачинками? Таки здрасти. Гостя пустишь?- Кот с довольной мордой поприветствовал Миа.
- Ты не ошибся. Палачинками пахнет, скоро будут готовы. К закату. Костер пока разведи. Ужинать будем.
Потом они сидели у костра. Кот пил молоко и запихивался палачинками. У Миа не было аппетита.
Тот же Кот. Тот же костер. Палачинки. Все, как в тот вечер. Миа грустно вздохнула и на ее глазах выступили слезы.
Кот не обращал на это никакого внимания. Изредка он поглядывал на небо, где начинали проявляться первые звезды. Еще он рассказывал Миа какие-то истории, но девушка, хоть и смотрела прямо в глаза Кота, совсем не слышала его.
Хитрые глаза проходимца с вертикальными зрачками. И еще в глазах были видны звезды. Вернее их отражение.
Одна звезда почему-то увеличивалась. И приближалась. Постепенно она превращалась в какое-то свечение.
Миа вскочила с кучи прошлогодних веников и бросилась в сторону берега. Хаски, Минипиг и Мышка не сразу поняли в чем смысл переполоха. Но тоже устремились вслед за хозяйкой.
- Стойте! Палачинки возьмите. Он долго летел. Голодный ведь, - Кот рассматривал тарелку, на которой оставалось еще штук пять палачинок. Потом подумал немного и добавил, обращаясь неизвестно к кому:
- Хотя, какие палачинки? Не до палачинок им сегодня.
Кот взял в руки лежащий рядом лист бумаги с какими-то странными иероглифами, завернул в него оставшиеся палачинки и аккуратно сложил сверток в свой чемоданчик:
- Не нужно будет думать о завтраке. Утром разогрею на одном из примусов.
В мастерской Кота было немало этих незамысловатых приборов. Кто-то сознательно от них отказался. Кто-то просто потерял. Разные ситуации, приведшие к ненужности примусов.
Не все умеют определять координаты точек во Вселенной, где внутренний мир обретает тепло.
Фигура Кота беззвучно направлялась в сторону леса. Дорогу ему освещали миллионы звезд.
В эту ночь они почему-то светили гораздо ярче.
Возможно, это тепло примуса как-то влияет на свет далеких миров.
Свет того самого примуса.
Из маленькой дырявой палатки.
Из точки во Вселенной.
Ярик Грунин :
Ждём от депутатов законотворческой инициативы о привлечении бездомных котов к уголовной ответственности за пожирание морепродуктов в особо крупных рашузмерах
Тащи немедленно, а то мне надоело самому с собой наперегонки плавать. Только в конкуренции рождаются рекорды 
